МЕЖДУНАРОДНЫЙ СИМПОЗИУМ "ПРИМАТ НАЦИОНАЛЬНОГО ПРАВА? МЕНЯЮЩЕЕСЯ ОТНОШЕНИЕ К МЕЖДУНАРОДНЫМ ПРАВОВЫМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВАМ"

  30-31 мая 2016, Берлин, Германия

С конца прошлого века общественные организации достигли и продолжают достигать больших успехов на международном уровне в деле продвижения прав человека во всех сферах общественной жизни. Хартия Европейского союза по правам человека, Статут Международного уголовного суда, Конвенция по защите прав инвалидов, Договор о защите климата, кампания за принятие Конвенции по наземным минам и Орхусская конвенция – примеры успешного лоббирования общественных организаций. То, что этими международными договорами установлен широкий круг прав и обязанностей – заслуга НПО и было бы невозможно без их участия. Проведение кампаний по информированию общества и лоббирование важнейших проблем нередко требовали от организаций серьезной решимости и выдержки. НПО стали полноправными игроками на международной арене и участниками различных переговоров, комиссий, международных конференций и т. д.

В противоположность этому на национальном уровне пространство действий НПО последовательно сокращается в целом ряде стран. Российский закон о так называемых «иностранных агентах» послужил образцом для таких стран, как Венгрия, Египет, Зимбабве, Китай и Израиль.

Авторитарные государства воспринимают иностранные общественные организации как агентов других стран и запугивают местные НПО с помощью чрезмерно жестких бюрократических правил и угроз наказания. В условиях, когда при авторитарных правительствах игнорируются международные конвенции по правам человека – такие, как Европейская конвенция о защите прав человека и Международный пакт о гражданских и политических правах, в работе НПО возникают новые вызовы. Создается впечатление, что сегодняшний подход таких правительств состоит в усилении роли внутригосударственного законодательства за счет ослабления международного права. При этом сокращение пространства для деятельности НПО – лишь одна сторона медали.

В декабре 2015 г. в России был принят закон, позволяющий не исполнять решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Согласно этому принятому Думой закону, Конституция РФ имеет приоритет по отношению к международному праву и Конституционный суд наделяется правом признавать невозможным исполнение в стране решений международных судов, если они противоречат российской конституции. Закон направлен на «защиту интересов России» от решений международных органов, ответственных за права человека.

Сходные дебаты о взаимосвязи между внутренним и международным правом идут в Великобритании, Швейцарии и Италии, несмотря на отличие этих стран от России. В ходе переговоров, которые привели к подписанию Лиссабонского договора, Польша и Великобритания обеспечили себе безопасность протоколом. В нем говорится, что «Хартия не расширяет право Суда Европейского Союза или любого юрисдикционного органа Польши или Соединенного Королевства признавать, что законы, регламенты, административные положения, административная практика или административная деятельность Польши или Соединенного Королевства не соответствуют основным правам, свободам и принципам, которые она подтверждает».

В 2014 г. Дэвид Кэмерон опубликовал статью под названием «Защита прав человека в Соединенном Королевстве». Данная инициатива консерваторов призвана заменить собой Закон о правах человека 1998 г., который посредством Билля о правах инкорпорирует Европейскую конвенцию по правам человека в законодательство Великобритании, и ослабить приоритет постановлений ЕСПЧ, сделав их рекомендательными, а не обязательными к исполнению.

Взаимоотношения между внутренним и международным правом обсуждаются не только в Великобритании, но и в Швейцарии. В 2014 г. консервативной Народной партией Швейцарии (SPP) была выдвинута инициатива «За приоритет законодательства Швейцарии над иностранным правом». Цель инициативы – закрепить приоритет внутригосударственных законов Швейцарии над международным правом.

Конституционным судом Италии было оспорено решение Международного Суда в деле «Германия против Италии». Признав суверенный иммунитет частью обычного права, Международный суд постановил, что Германия как государство обладает таким суверенным иммунитетом и на этом основании отклонил иск Италии о компенсации за преступления нацизма. В ответ на это Конституционный суд Италии издал постановление, запрещающее итальянским судам применять это решение Международного суда, а итальянский закон об исполнении данного решения признал неконституционным. Разумеется, описанные выше случаи существенно различаются: в Италии неконституционным было признано применение конкретного решения международного органа, а в Великобритании и Швейцарии были выдвинуты инициативы, продемонстрировавшие скепсис по отношению к международному праву. Что же касается России, то это отдельный вопрос, поскольку в России нет независимой судебной системы.

Но этим дело не ограничивается: недавние события в Польше показали, что государства пытаются не только ослабить международное право, но и утвердить политическое доминирование над конституционным судом страны. Венецианская комиссия квалифицировала действия правительства и парламента Польши в их конфликте с Конституционным судом как покушение на фундаментальные ценности прав человека, демократии и верховенства права:

«(Д)о тех пор, пока не урегулирована ситуация конституционного кризиса вокруг Конституционного суда и пока Конституционный суд не может эффективно осуществлять свою деятельность, в опасности находятся не только верховенство закона, но также демократия и права человека».

Цель международного симпозиума, организованного Гражданским Форумом ЕС-Россия 30-31 мая 2016 года в Берлине, была обсудить эти тенденции, события и новые вызовы и попытаться оценить их возможные последствия для дальнейшего сотрудничества НПО с парламентами и правительствами.

БЫЛИ РАССМОТРЕНЫ, В ТОМ ЧИСЛЕ, СЛЕДУЮЩИЕ ВОПРОСЫ:

  • icon

    Как быть с различиями между внутренним законодательством и международным правом?

  • icon

    Как российские НПО могут совместно с общественными организациями стран ЕС отстаивать международные стандарты в области прав человека?

  • icon

    Как НПО могут убедить правительства, парламенты и судебные органы подчиняться имеющим обязательную силу международным конвенциям?

  • icon

    Необходимо ли нам начать новый этап по защите свободы ассоциаций и свободы слова?

  • icon

    Какое пространство для маневра есть у НПО в связи с бюрократическими и административными ограничениями и угрозой уголовного наказания?

Мы очень рады, что симпозиум прошел одновременно с Экспертной конференцией по случаю 40-летия Московской Хельсинкской Группы. Обсуждение взаимоотношений между внутригосударственным и международным правом в качестве совместной темы дало участникам симпозиума и экспертной конференции отличную возможность для совместных дискуссий и обмена.

Организация симпозиума прошла в сотрудничестве с Немецко-Русским Обменом при поддержке Министерства иностранных дел Германии.