Читаю в рассылке «Дождя»: «На этой неделе мы снова почувствовали себя частью чего-то большего. Дело Ивана Голунова показало нам, что вместе мы действительно можем что-то изменить».

Читаю на сайте маленькой газеты «Зори Плюс» в городе Добрянка Пермского края: «Противостоять этому можно только вместе, поддерживая друг друга, не проходя мимо несправедливости и произвола».

Кампания за освобождение журналиста «Медузы» и марш 12 июня затмили все события недели по масштабам освещения в СМИ. О журналисте Голунове говорили в этот раз не только в фейсбуках, но и читатели газеты «Метро» в московской подземке. Журналисты по всей России вышли на одиночные пикеты, а большая тройка федеральных СМИ разместили на первой полосе надпись: «Я/МЫ Голунов». Этот лозунг подхватили и региональные редакции – действительно беспрецедентное единство для российской журналистики!

Магия дела Голунова даже имеет инерцию: 17 июня суд освободил из зала суда редактора калининградской газеты «Новые колеса» Игоря Рудникова, обвиняемого в вымогательстве (обвинение просило для него 10 лет).

На фоне Голунова вспомнили других и выяснилось, как много в России «невидимых», за которых «большая тройка» не впрягается. В те же дни, например, в Нальчике задержали черкесского активиста Мартина Кочесоко, а в Махачкале – по подозрению в финансировании терроризма – редактора «Черновика» Абдулмумина Гаджиева. Об этих делах пишут, в основном, кавказские ресурсы. «Почему об этом не пишет «Медуза»? А как же все остальные?» − долбили пользователи соцсетей всю неделю, и «Медуза», наконец, опубликовала один текст про оба дела. И это тоже победа в определенном смысле. Всякое внимание больших СМИ к преследованиям в регионах – победа.

Запрос российского общества на «медийную видимость» – огромный, в том числе для журналистов и других участников медиарынка.  Даже сообщество политтехнологов и политконсультантов, поверив на «волне Голунова» в лучший мир, просит обратить внимание на сомнительные уголовные дела против «представителей общественно-значимых профессий», перечисляя своих: Андрей Кабанов, Петр Милосердов, Николай Сандаков…

Но мы-то знаем: магия тут случается редко. Давайте посмотрим на акции солидарности российских журналистов. Мы увидим только один региональный пример – история редакции телеканала «ТВ-2»; все остальное – сплошь федеральные журналисты, раскрученные собственными изданиями с большой аудиторией. Вывод очевидный и печальный: федеральных журналистов трогать нельзя, региональных – можно.

Много лет Фонд защиты гласности ведет дайджест преследований журналистов и судебных дел, в которые вовлечены редакции СМИ и о которых знает небольшая аудитория. «На виду с Иваном Голуновым происходит то, что со всей страной происходит в тишине», – пишет правозащитник Дима Макаров. Да, именно так. И эту тишину создаем мы сами, журналисты.

Мы не защищаем своих, если нас об этом не попросила «большая тройка» и другие уважаемые люди из длинного списка выступивших за Голунова: Дудь, Канделаки, Парфенов, Познер, Собчак, Шульман.

Настоящая магия случится, когда консолидация журналистского сообщества войдет, что называется, в рабочий режим, то есть когда запрос на солидарность придет снизу, а не сверху.

image1-e1561547920318

Юлия Счастливцева

Журналист и юрист. Закончила Магнитогорский государственный университет по специальности «филолог». Получила степень магистра права в НИУ «Высшая школа экономики». Выпускник Московской школы политических исследований (МШПИ). Работает директором в НП «Центр правовых и медиа программ Леонида Никитинского» и руководителем проектной работы в Ассоциации «Альянс независимых региональных издателей (АНРИ)». Пишет на правозащитную и судебную тематику.