Тим Бозе, уроженец Лейпцига, журналист и член Правления НКО «Немецко-Русский Обмен» (Берлин, Германия), размышляет о 25-ой годовщине объединения Германии, которая празднуется в эти дни:

«25 лет назад,  в ночь со 2 на 3 октября 1990 года, пять восточногерманских федеральных земель, специально созданных для этой цели, присоединились к Федеративной республике Германия (ФРГ). Германская демократическая республика (ГДР), сформированная на территории советской зоны оккупации в 1949 году, прекратила свое существование.
На пути к этому историческому событию важное значение имели два поворотных пункта. В понедельник, 9 октября 1989 года, несмотря на угрозу применения «китайского метода» решения проблемы, 70 тысяч жителей вышли на улицы Лейпцига – второго по величине города ГДР – с требованием предоставления демократических свобод. Партийные лидеры были серьезно озадачены масштабом мирных протестов в городе с населением  в полмиллиона человек.
Попытки правительства взять ситуацию под контроль с помощью упрощения поездок в ФРГ окончились полным провалом. После невнятного заявления правительства о новом порядке выдачи виз тысячи жителей Восточной Германии вечером 9 ноября 1989 года осадили контрольные-пропустные пункты на границе с Западным Берлином. Это стало вторым событием, имевшим историческое значение. Пограничники ГДР не смогли противостоять давлению и, в конце концов, пропустили людей. Ночью восточные немцы ринулись на Запад. Спонтанные праздненства на улицах Западного Берлина предвосхитили дальнейшее объединение двух государств и – благодаря телекадрам – были восприняты немцами с гораздо большей теплотой, чем события 3 октября 1990 года.
Вхождение ГДР в состав ФРГ стало результатом бюрократического и технократического процесса, который был осуществлен в кратчайшие сроки. Экономика ГДР находилась на грани разрушения, ситуация в социальной сфере и экологии была фатальной, а граждане желали немедленного улучшения ситуации. Оставалось не ясным, как долго СССР будет оказывать поддержку процессу объединению Германии. Кроме того, Великобритания и Франция были не лишены предрассудков относительно единой Германии. В обоих немецких государствах многие опасались, что свобода и хорошие отношения с европейскими соседями могут быть принесены в жертву воссоединению Германии.
Инициатива немецкого объединения путем ликвидации ГДР и перенесения внутренней институциональной системы с Запада на Восток без проведения всеобщего референдума по вопросу совместной конституции отсрочила заключение всестороннего демократического соглашения в единой Германии. Беспорядочный процесс объединения двух экономик положил начало почти полной деиндустриализации и нанес сильный удар по социальной сфере бывшей ГДР, а также привел к сокращению населения в малых городах. Бывшие граждане ГДР не получили ничего от коллективной собственности, которой обладали ранее, даже своих квартир в многочисленных кварталах панельных домов.
Внутренняя консолидация между Востоком и Западом, в первую очередь, происходила  через учреждение общих политических институтов, сотрудничества на федеральном уровне, огромных финансовых перечислений для модернизации инфраструктуры в новых федеральных землях и стимулирование развития восточногерманской экономики.
Хотя в бывшей ГДР и функционируют демократические институты, авторитаризм, ксенофобия и антидемократические настроения среди населения распространены там горазде больше, чем в старых немецких землях. В Восточной Германии чувствуется отсутствие сильного гражданского общества и критического переосмысления истории родного города и семьи с историческими пластами и опытом жизни в условиях нацистского режима, советской оккупации и диктаторского режима ГДР.
Даже общенемецкий дискурс нередко показывает, что политическое самосознание объединенного немецкого общества не лишено авторитарных черт. Так, Евромайдан, аннексия Крыма и война на Востоке Украины только частично были восприняты с сочувствием и одновременно пробудили антизападные настроения и предпочтения авторитарных методов решения конфликта, который касается всей Европы. Подобно неприятию Германией польского национально-освободительного движения в XIX-XX вв., квазиимперский взгляд на «малые восточноевропейские нации» отразился и в этом вопросе.
Спустя 25 лет, прошедших с 3 октября 1990 года, объединенная Германия все еще остается молодой демократией. Для страны общественный договор по демократическим ценностям выражен недостаточно ясно, в то время как вопрос о взаимоотношениях нации, свободы и демократии в условиях текущих политических вызовов здесь продолжает активно обсуждаться».