Анико Бакони, сопредседатель Правления Гражданского форума ЕС-Россия; Венгерский Хельсинкский комитет

Радушный прием беженцев в последние десять лет не был частью официальной венгерской политики — скорее наоборот. Венгерское правительство сделало все возможное, чтобы разрушить систему предоставления убежища и внедрить в головы людей представление о том, что тех, кто спасается от войны и террора, следует бояться. Власти вкладывали в пропаганду ненависти значительные средства, использовали все медиаканалы, и к 2020 году двери страны оказались практически полностью закрытыми перед просителями убежища.

Но, несмотря на все эти усилия, когда после 24 февраля люди начали бежать от войны в Украине, Венгрия показала другое лицо. Беженцы увидели теплый прием со стороны сотен добровольцев, спешащих к границе с наскоро собранными домашними сэндвичами и шоколадными батончиками, чтобы встретить прибывающих.

Правительство можно похвалить за быстрое открытие границы Венгрии с Украиной для всех, кто бежит от войны, и за решение предоставить украинцам временную защиту. Однако в первые несколько недель после начала войны ничего больше власти не предлагали. Как и в 2015 году, именно волонтеры, религиозные организации и представители гражданского общества организовывали прием и предоставляли основные услуги для сотен тысяч людей, которым пришлось в одночасье оставить свои дома и свою прежнюю жизнь.

Для нас в Венгерском Хельсинкском комитете, где мы несколько десятков лет занимаемся защитой прав беженцев, было удивительно видеть, какое множество людей мобилизовалсь и предложило помощь. Солидарность была повсюду. Несмотря на значительные средства, которые правительство вложило в разжигание ненависти, граждане по всей стране предлагали беженцам помощь. Возникали или возрождались уже существующие волонтерские группы, роли в них распределялись за секунды: прибывших встречали на границе и на будапештских вокзалах, привозили в жилье, предлагаемое обычными горожанами. Собирались и раздавались пожертвования в виде продуктов питания и средств гигиены, для детей — детские коляски и игрушки. Вскоре появилась целая организованная система гуманитарной помощи, состоящая полностью из волонтеров, некоторые из которых уже накопили важный опыт в 2015 году. Было волнующе видеть, в какие короткие сроки выполнялись даже самые сложные запросы.

Группа добровольцев арендовала помещение в Будапеште и предложила беженцам временное жилье, а муниципалитеты вдоль границы с Украиной предоставили свои скудные ресурсы и обеспечили убежище тем, кто вынужден был бежать от войны. Присутствие венгерского правительства ощущалось только в финансировании благотворительных организаций, которые создали пункты помощи вдоль границы для оказания гуманитарной помощи, в организации транспорта и срочного размещения.

Информация была и остается дефицитным ресурсом. Это то, что иммиграционные власти должны предоставить всем прибывающим. Это жизненно важно для того, чтобы беженцы, понимая свое положение, могли принять обоснованное решение о следующих шагах. С тех пор, как началась война, мы в Венгерском Хельсинкском комитете пять дней в неделю пытаемся помочь людям юридическими консультациями в убежищах и пунктах помощи вдоль границы, отвечая на огромное количество телефонных звонков, электронных писем, сообщений, чтобы предоставить ту часть помощи, которой так недостает — информацию.

После четырех недель войны правительство заняло свое место в координации многочисленных участников, оказывающих гуманитарную помощь. Такая работа действительно была крайне необходима, но, к сожалению, усилия правительства сопровождались централизацией и ограничением доступа к местам, где оказывается первая помощь беженцам. В результате многие волонтеры лишились возможности подключаться к работе. Однако энергия и добрая воля, которые были мобилизованы в первые несколько недель, несомненно, останутся с нами. Эти усилия показали, что венгерское общество действительно имеет другую сторону — ту, где торжествует солидарность.